Домой.
Я еду домой.Будучи солдатом я находился на самом верху солдатской иерархии,а мой
товарищ внизу,и я старался,как мог,удерживая его на плаву.Не моя вина,что в этом
я не преуспел.Сейчас мы едем домой.Мы ночуем у него дома.Мой дом еще далек.Бесконечное
половодье закрыло дорогу к моему дому.Вода закрыла проезжую дорогу.Но полохо ли
у моего друга?Нет.У его сестры огромные груди.У меня был понос.Этот понос при
моей скромности в чужом доме мог свести в могилу.Его сестра,какие у нее
восхитительные груди ,и лицо в моем вкусе.Она скромна,но груди невозможно скрыть.Кроме
того она обнаружила,что я болен и болен поносом.Понос имеет близость к моим
гениталиям.Я захотел ее,и ,возможно,влюбился.Она сказала,что стара для меня.Ее
брата искалечили в армии.Но когда его калечили,я изнывал от побоев.То,что я
успел пробраться к вершине, было после.
У моего служака хороший отец,он может быть хорошим тестем.Они не гонят меня.
Должно быть,находясь так долго у них дома,я нарушаю приличия.Я ем с их стола. Но
то,что они терпят меня,очень странно, и понятливость,что дороги размыты.Но я мог
бы врать,что дороги размыты.Мог я быть бездомным,и принадлежать родственному
народу,и брак с их дочерью явился бы проблемным.Но они не возражают моему
пребыванию.
Сегодня уже четвертый день моего пребывания.Я случайно услышал разговор.Они
хоятя меня убить.Возможно,их желание возникло от того,что я был один из тех,кто
держал систему в армии.Но был ли я свободен?В их желании справедливости есть
доля истины.Но не я унижал их сына.Я старался ему помочь.Может быть,они захотят
меня простить.Моя вина по отношению к ним непрямая-то,что огромная вода закрыла
дорогу к дому.Может мне поплыть вдоль столбов электрофицированной жележной
дороги.Как хорошо было бы иметь подводную лодку на железнодорожных колесах.
Если я буду плыть по пятьдесят метров,потом обнимать столб...Шестьдесят
километров...Это примерно,это 1200 столбов,которые я буду обнимать через каждые
50 метров.Теплая вонючая вода со следами вонючих дохлых кузнечиков ижуков и
коричневая от заварки прошлогоднего сена.Тело разрыхленное и увеличенное в
размерах,и тоска от бесконечной водной поверхности.Спокойная гладь,поднимающая
настроение ,и усталость от работы пловца.Редкие змеи,которые почему-то с трудом
меняют направление.А когда их пугаешь,они ныряют,и появляется страх,что они
могут вынырнуть из-под тебя.Временами можно нащупать теплое дно.Но дно не
переходящее в сушу.Нет,я лучше останусь здесь...
Они думают,что убив меня,исчезнет позор.Возможно,они правы.Даже,если не виновник
позора их семьи,я-невольный свидетельКак мне попытаться им доказать:я буду
молчать.Я действительно буду молчать,я стану членом их семьи,зятем.Но их решение
не унимается.Даже то,что я сплю с их дочерью воспринимается продолжением позора.Они
следят за каждым моим шагом.Мне негде скрыться.Они кормят меня,одевают,дают
возможность моим половым потребностям.Врядь ли я уйду.Я уже признаю за собой
вину.Мне хочется,чтоб это скорее кончилось,как будто у меня будет другая жизнь.Но
жизни другой нет.
Мне хочется понять,только понять,какое облегчение принесу я,умерев.Мне хочется
убедиться,что моя жертва будет полезна,как выполненная работа.Я спрашивал у
девушки,как ей понравится моя смерть.Она сказала,что не знает,но она
воспринимает ее торжественно.Она к ней готовится.
Мучает одиночество.Одиночество...Да,я хорошо плаваю,почему я не поплыл?Я
переплыл бы АтлантикуМне снится вода.Но,проснувшись,я вижу груди,большие груди
девушки.Она должна быть беременна,у нее могли увеличиться груди от налитости
молоком.Неужели они захотят убить отца этого ребенка.Как можно замерить груди?
Архимед погружал в жидкость и потом замерял с помощью мензурки.Эта девушка
должна взбунтоваться.Она-мать,и ей должно захотеться спасти отца своих детей.У
нее должен быть такой инстинкт.А вообще,существует ли такой инстинкт?Или это
здравый смысл-предмет размышлений.Бог ты мой,не может быть!Я выжил на БАМе.Я
выжил в шестидесятипятиградусный мороз.Я выживу здесь.Не может быть,чтоб здесь я
не выжил,я-герой.Они смыкаются,они стреляют.
Я еду домой.Будучи солдатом я находился на самом верху солдатской иерархии,а мой
товарищ внизу,и я старался,как мог,удерживая его на плаву.Не моя вина,что в этом
я не преуспел.Сейчас мы едем домой.Мы ночуем у него дома.Мой дом еще далек.Бесконечное
половодье закрыло дорогу к моему дому.Вода закрыла проезжую дорогу.Но полохо ли
у моего друга?Нет.У его сестры огромные груди.У меня был понос.Этот понос при
моей скромности в чужом доме мог свести в могилу.Его сестра,какие у нее
восхитительные груди ,и лицо в моем вкусе.Она скромна,но груди невозможно скрыть.Кроме
того она обнаружила,что я болен и болен поносом.Понос имеет близость к моим
гениталиям.Я захотел ее,и ,возможно,влюбился.Она сказала,что стара для меня.Ее
брата искалечили в армии.Но когда его калечили,я изнывал от побоев.То,что я
успел пробраться к вершине, было после.
У моего служака хороший отец,он может быть хорошим тестем.Они не гонят меня.
Должно быть,находясь так долго у них дома,я нарушаю приличия.Я ем с их стола. Но
то,что они терпят меня,очень странно, и понятливость,что дороги размыты.Но я мог
бы врать,что дороги размыты.Мог я быть бездомным,и принадлежать родственному
народу,и брак с их дочерью явился бы проблемным.Но они не возражают моему
пребыванию.
Сегодня уже четвертый день моего пребывания.Я случайно услышал разговор.Они
хоятя меня убить.Возможно,их желание возникло от того,что я был один из тех,кто
держал систему в армии.Но был ли я свободен?В их желании справедливости есть
доля истины.Но не я унижал их сына.Я старался ему помочь.Может быть,они захотят
меня простить.Моя вина по отношению к ним непрямая-то,что огромная вода закрыла
дорогу к дому.Может мне поплыть вдоль столбов электрофицированной жележной
дороги.Как хорошо было бы иметь подводную лодку на железнодорожных колесах.
Если я буду плыть по пятьдесят метров,потом обнимать столб...Шестьдесят
километров...Это примерно,это 1200 столбов,которые я буду обнимать через каждые
50 метров.Теплая вонючая вода со следами вонючих дохлых кузнечиков ижуков и
коричневая от заварки прошлогоднего сена.Тело разрыхленное и увеличенное в
размерах,и тоска от бесконечной водной поверхности.Спокойная гладь,поднимающая
настроение ,и усталость от работы пловца.Редкие змеи,которые почему-то с трудом
меняют направление.А когда их пугаешь,они ныряют,и появляется страх,что они
могут вынырнуть из-под тебя.Временами можно нащупать теплое дно.Но дно не
переходящее в сушу.Нет,я лучше останусь здесь...
Они думают,что убив меня,исчезнет позор.Возможно,они правы.Даже,если не виновник
позора их семьи,я-невольный свидетельКак мне попытаться им доказать:я буду
молчать.Я действительно буду молчать,я стану членом их семьи,зятем.Но их решение
не унимается.Даже то,что я сплю с их дочерью воспринимается продолжением позора.Они
следят за каждым моим шагом.Мне негде скрыться.Они кормят меня,одевают,дают
возможность моим половым потребностям.Врядь ли я уйду.Я уже признаю за собой
вину.Мне хочется,чтоб это скорее кончилось,как будто у меня будет другая жизнь.Но
жизни другой нет.
Мне хочется понять,только понять,какое облегчение принесу я,умерев.Мне хочется
убедиться,что моя жертва будет полезна,как выполненная работа.Я спрашивал у
девушки,как ей понравится моя смерть.Она сказала,что не знает,но она
воспринимает ее торжественно.Она к ней готовится.
Мучает одиночество.Одиночество...Да,я хорошо плаваю,почему я не поплыл?Я
переплыл бы АтлантикуМне снится вода.Но,проснувшись,я вижу груди,большие груди
девушки.Она должна быть беременна,у нее могли увеличиться груди от налитости
молоком.Неужели они захотят убить отца этого ребенка.Как можно замерить груди?
Архимед погружал в жидкость и потом замерял с помощью мензурки.Эта девушка
должна взбунтоваться.Она-мать,и ей должно захотеться спасти отца своих детей.У
нее должен быть такой инстинкт.А вообще,существует ли такой инстинкт?Или это
здравый смысл-предмет размышлений.Бог ты мой,не может быть!Я выжил на БАМе.Я
выжил в шестидесятипятиградусный мороз.Я выживу здесь.Не может быть,чтоб здесь я
не выжил,я-герой.Они смыкаются,они стреляют.